Светозар Чернов (svetozarchernov) wrote,
Светозар Чернов
svetozarchernov

This journal has been placed in memorial status. New entries cannot be posted to it.

Categories:

Детективы Столичной полиции. Личный состав. Часть 3


Джон Шор
Заместителем Уилльямсона, а потом несколько лет заместителем Макнотена был Джон Шор. Он был произведен из старших инспекторов в суперинтенданты, когда Уилльямсон стал главным констеблем. Родился он в Фармборо в графстве Сомерсетшир в 1839 году и до вступления в Столичную полицию в 1859 году три года служил констеблем в Бристоле. Сыскная карьера его началась в 1864 году, когда его произвели в детектив-сержанты, в 1869 он стал детектив-инспектором, а в 1877 году - старшим инспектором. Десять лет, с 1886 и вплоть до выхода в отставку в 1896 году, он был суперинтендантом департамента. Его особой специализацией были преступники и преступления на ипподромах - возможно потому, что он был единственным кроме Уилльямсона высшим чином сыскной полиции, пережившим на своем посту скандал 1877 года, связанный как раз с подкупом полицейских чиновников мошенниками, игравшими на скачках.
"Суперинтендантом Департамента уголовных расследований в то время был прекрасный старый полицейский ныне совсем исчезнувшего типа, - вспоминал он Шоре Макнотен. - Было бы прискорбно искать в нем образовательную подготовку, но его знания воровского братства были непревзойденными, и он обладал весьма замечательной памятью на их имена и лица. Его физическая сила была огромна, и он мог выкинуть кидалу (walsher) одной рукой с любого скакового круга, над которым Столичная полиция имела контроль. Грубые, как и его методы, преступные классы доверяли ему и уважали его, и мало какие чиновники до или после его времени могли раздобыть у них больше "полученной информации".
Его доклады были вымучены, а его правописание - посредственным, как покажет следующее воспоминание. Однажды он помещал некоторые слова мудрости под рапортом молодого сержанта, и, после того, как написал слово "very" с двумя "r", ему совершенно не понравилось, как оно выглядит, и он сказал чиновнику, стоявшему рядом: "Как вы пишите "very" - c одной r или с двумя? И нечего смеяться!" Был дан серьезный ответ в том смысле, что одной обычно считается достаточно. "Тогда все правильно, - ответил суперинтендант. - Если я поставлю кляксу на второй r, то все, что нужно, будет сделано!"
По сути "старый Джек" имел очень доброжелательный характер, и когда он считал необходимым устно наказать провинившегося подчиненного, он всегда старался сделать это при закрытых дверях. Когда виноватый входил в его кабинет, формула суперинтенданта была всегда одна и та же: "Закройте дверь! Мне не хотелось бы сейчас как-либо оскорблять вас, но вы - адъективный дурак", и, зайдя так далеко, он обычно позволял себе идти дальше и доставлял себе удовольствие яростной диатрибой в течение по крайней мере десяти минут."
"Его [Уилльямсона - С.Ч.] заместитель, м-р Шор, - писала "Пэлл-Мэлл" в 1888 году, - грубый алмаз из Глостершира, был бы полезным инспектором там, где грубая работа должна быть произведена мощным инструментом; но даже сам м-р Уилльямсон, хотя он любезен и великодушен, должен часто поражаться иронии обстоятельств, которые дают ему столь странного помощника."
В связи с последним замечанием "Пэлл Мэлл" следует вспомнить историю его взаимоотношений с Адамом Уортом, жившим в 1870-1890-х годах в Лондоне под личиной торговца алмазами Генри Раймонда американского грабителя банков, ставшего "Наполеоном преступного мира", как характеризовал его Роберт Андерсон, и послужившего Конану Дойлу прототипом для профессора Мориарти. В 1877 году Уорт совершил "похищение века" - украл в художественной галерее Агню только что купленную за 500 тысяч долларов картину Гейнсборо "Герцогиня Девонширская". О том, что именно Уорт стоял за этой кражей, "Национальному детективному агентству Пинкертона" сообщил попавшийся в Америке один из подельников Уорта. "Постепенно просочились определенные факты в отношении грабежа, - писал позднее Уильям Пинкертон, - которые предоставили лондонской полиции информацию относительно того, кем были лица, совершившие этот грабеж, но они имели только показания с чужих слов и никаких доказательств вообще. Детективы Скотланд-Ярда использовали все возможное мастерство, чтобы найти тайник, где хранилась картина, и связать это преступление с ворами, но все попытки провалились." Возглавлял эти поиск старший инспектор Шор. Ему даже пришлось присутствовать на "дружеской встрече" в баре "Критерион" - там, где спустя четыре года Уотсон встретит Стэмфорда. Эту встречу организовал приехавший в Англию Уильям Пинкертон, который испытывал к Уорту нечто вроде симпатии и уважения, хотя его агентство положило немало сил на то, чтобы представить Уорта перед правосудием. Уорт "стал таким "жупелом" для английской полиции, - писал американский детектив, - что они в конечном счете попытались вытеснить его, поставив полицейского у передней двери и следя и сообщая о любом, кто входил в его дом." В ответ Уорт решил покончить с назойливым полицейским, но, как противник насилия, избрал более сложный путь, чем простой наем киллера.
Дело в том, что "Шор имел пристрастие к тому, что мы называем в нашей стране "гоняться за потаскушками", - писал Пинкертон, - то есть, бегать за девочками низкого пошиба". Свои постоянные визиты в лондонские бордели он объяснял добыванием информации, но Уорт знал о настоящей цели этих визитов. Незадолго до смерти он рассказал Пинкертону о том, каков был его план в отношении Шора. Чаще всего Шор посещал дом свиданий в Боро, который содержала лишившаяся ноги в нью-йоркских бунтах Нелли Коффи, вдова грабителя и карманника по имени Большой Джек Кейси, убитого за несколько лет до того. Она действительно поставляла Шору информацию, в том числе рассказывала "все, что происходило вокруг питейного заведения Билла Ричардсона, прибежища для воров, и все сплетни о лондонских ворах", но для этого использовался отдельный кабинет в трактире "Восходящее солнце" в начале Флит-стрит, борделем же в Боро старший инспектор Шор пользовался по прямому назначению.

Джеймс Батчер
Пинкертон так описывал план со слов самого Уорта: "Он сказал, что они отыскали опустившегося щеголя и поместили его по-соседству, оплачивая его гостиничные счета, и держали его там в течение многих недель, ожидая возможности поймать Шора. Этот человек был готов пойти и выдвинуть обвинение, что некая женщина украла у него ювелирное украшение, которые было выдано ему для этой цели, и кое-какие деньги. Это женщину должны были проследить до дома Коффи, и туда в дом должен был войти чиновник, чтобы арестовать женщину, и найти ее там с Шором. Должно было последовать разоблачение." Таким образом Уорт рассчитывал публично опозорить Шора и закрыть притон Коффи, одним махом избавившись от своего заклятого врага и от предательницы в рядах уголовников.
"Старым щеголем" был пожилой мошенник хорошего происхождения, известный Уорту много лет, который недавно опустился из-за трудных обстоятельств и пристрастился к бутылке. В течение многих недель Уорт тренировал старого вора в его роли беспутного джентльмена, который пал жертвой нечистой на руку шлюхи. Он лишил старого джентльмена алкоголя и брал его на длительные прогулки в парках Лондона, чтобы очистить его одурманенный мозг. И в то время как детективы Шора следили за передвижениями Уорта, шпионы Уорта филировали суперинтенданта, имея указание немедленно сообщить о том моменте, когда Шор (в "широкополого вида шляпе с широкими полями церковной формы", как описывал его головной убор сэр Мелвилл Макнотен) будет замечен идущим к борделю Коффи с проституткой. Однако когда наступил желанный миг возмездия и Уорт примчался к гостинице, где должен был находиться его сообщник, оказалось, что старик оставил свой пост и напился до положения риз в соседнем трактире. Уорт больше не предпринимал подобных действий, но соперничество между полицейским и вором продолжалось между ними практически вплоть до отставки Шора, и поле битвы осталось за Уортом.
Вторым суперинтендантом одновременно с Джоном Шором был Джеймс Батчер, который, по словам Макнотена, "был человеком сильного аналитического склада ума, и никакой чиновник не мог сделать более убедительный доклад. Он представил в 1882 году доктора Лампсона, аконитинового отравителя, перед правосудием; и отработал много "внешних" запросов для Министерства внутренних дел, особенно тех, в которых он доказал, что так называемые "эдлингемские грабители" были обвинены противоправно. Человек быстрого суждения и поспешного характера, он был весьма часто одарен обидой, и его братья-чиновники часто говорили про него, что "Джимми Батчер никогда не был счастлив, если он не был несчастен". Инспектор Литтлчайлд также вспоминал, что Батчер был таким же любителем цветов, как и Уилльямсон, так что его можно было узнать по прекрасной розе в петлице.

Дональд Суонсон
Шора и Батчера сменили Дональд Суонсон (1848-1924) и Перси Ним (1837-1902). С последним мы уже встречались в качестве начальника Канцелярии по надзору за осужденными и хранителя "Черного Музея". Это был "крепкий, - по словам Гриффитса, - уверенный в себе, надежный детективный чиновник", наиболее известным делом которого было раскрытие убийства констебля, когда слог "rock", оставшийся от процарапанной на долоте фамилии Orrock, позволил предать убийцу в руки правосудия. Шотландец Дональд Суонсон, "очень способный чиновник с синтетическим складом ума", как его характеризовал Макнотен, вступил в полицию в 1868 году, в феврале 1888 года был произведен в старшие инспекторы департамента и с сентября на него была возложена ответственность за ход всего расследования по убийствам, приписывавшимся Джеку Потрошителю. Он был в основном кабинетным чиновником и его имя не было связано с какими-либо громкими успехами в деле раскрытия преступлений.
Одним из наиболее известных лондонских детектив-инспекторов был Фредерик Абберлин (1843-1929), который руководил охотой на Джека Потрошителя на местах. До вступления в 1863 году в Столичную полицию Абберлин работал слесарем, в 1865 произведен в сержанты и весь 1867 год - год восстания фениев - провел в штатском, расследуя фенианскую деятельность. В 1873 году он стал инспектором в Уайтчеплском (Эйч) дивизионе, а в 1878 году, во время реформ Винсента, был среди тех, кого назначили руководить дивизионным и отделами уголовного розыска (местными инспекторами). "Он знал лондонский Ист-Энд так, как мало кто знал его с тех пор", - написал о нем Макнотен. В 1887 году Абберлина по личному распоряжению Монро перевели в Центральное управление Департамента уголовных расследований в Скотланд-Ярде, где с сентября 1888 года по март 1889 года он отвечал за непосредственные розыски в Уайтчепле убийцы, получившем прозвище Джек Потрошитель. Как известно, убийцу так и не нашли. Однако полицейские власти настолько доверяли его опыту и такту, что в 1890 г. поручили расследование т.н. "Кливленд-стритского скандала" - дела о гомосексуальном борделе на Кливленд-стрит, в котором оказались замешаны несколько представителей высшей аристократии и, возможно, внук королевы принц Кларенс, следующий в очереди на британский престол после своего отца принца Уэльского. Насколько на детектива оказывалось давление сверху о замятии дела - неизвестно, но ордер на арест главного свидетеля, содержателя борделя Хаммонда, Абберлин получил только спустя два дня после того как получил необходимые для ареста сведения, когда Хаммонд уже был во Франции. В декабре того же года он был произведен в старшие инспекторы, а в 1892 году, имея более восьмидесяти наград и поощрений, вышел в отставку, пользуясь правом, предоставленным новым законом о пенсии.

Фредерик Абберлин
"Инспектор Абберлин был дородным и тихо говорившим, - вспоминал инспектор Уолтер Дью в книге "Я поймал Криппена", рассказывая о деле Потрошителя. - Этот тип полицейского - а таких было много - кто мог легко быть принят за управляющего банка или поверенного. Он также был человеком, который проявил себя во многих предыдущих больших делах.
Его сильной стороной было знание преступления и преступников в Ист-Энде, поскольку он много лет был детектив-инспектором Уайтчеплского дивизиона, или, как это называли тогда, "местным инспектором". Инспектор Абберлин был моим начальником, когда я впервые прибыл в Уайтчепл. Он отбыл только в связи с повышением в Ярд, к большому сожалению моему и других, которые служили под его началом. Совершенно никаких вопросов о возможностях инспектора Абберлина как охотника за преступниками."
На пенсии Абберлин подвизался в качестве частного сыскного агента, несколько сезонов отработал в Монте-Карло, а с 1898 года возглавлял в течении шести лет Европейское агентство американской детективной компании Пинкертона. Практически одновременно с Шерлоком Холмсом он оставил частный сыск, поселился в Борнемуте, где и занимался садоводством вплоть до самой смерти в 1929 году.
Интересной фигурой был старший инспектор Фредерик Джарвис, "человек мира и космополитический персонаж, который знал свой Нью-Йорк практически так же, как свой Лондон" по отзыву Макнотена. "Трудно найти чиновника, более диаметрально противоположного популярному представлению о детективе, - писала о нем "Нью-Йорк Таймс" в 1897 году в связи с выходом его в отставку. - Рост м-ра Джарвиса близок к шести футам, и основное впечатление, производимое его внешностью, что он добродушный провинциал, а не один из проницательнийших и умнейших охотников за преступниками, которые когда-либо существовали. Было время, когда хороший детектив должен был быть или грубым типом, способным смешаться с самым низким обществом, не вызывая подозрений или толков, или высоко образованным человеком, способным направлять действия других. М-р Джарвис - комбинация обоих этих типов."
Фред Джарвис был юнгой в торговом флоте, в 1870 году вступил в Столичную полицию, довольно быстро дослужился до сержанта и, показав свою склонность к розыскному делу, в 1872 был переведен в Департамент уголовных расследований. В 1876 году он уволился из полиции и уехал в США, где он был занят в ценной секретной службе (к этому же периоду, вероятно, следует отнести и работу в качестве частного детектива на нью-йоркского миллионера А. Т. Стюарта). В 1878 он возвратился в Скотланд-Ярд, был детектив-инспектором в Клапемском (W) дивизионе, потом вновь переведен в центральное управление.
Он приложил руку к аресту железнодорожного убийцы Лефроя в 1881 году, участвовал в борьбе с фениями, в частности, в раскрытии динамитной мастерской д-ра Галахера и его сообщников, и в аресте Бартона и Каннингема, устроивших взрыв в Тауэре в 1885 году. Он арестовал в 1888 году в Канаде Бартона, путем подделки чеков получившего за 15 лет с Северо-Западной железной дороги свыше 35 тысяч фунтов, в 1892 году расследовал деятельность Нила Крима, знаменитого "Ламбетского отравителя", в Канаде и США. Джарвис часто посещал Америку в связи с делами об экстрадиции преступников, но главным его коньком была борьба против фальшивомонетчиков. В 1894 году он арестовал в Дувре уже отсидевшего двенадцать лет за такое же преступление Теофиля Домбровского и его подельника Чарльза Летернера, имевших при себе 327 фальшивых русских ассигнаций по 100 рублей каждая, спустя год он произвел сенсационный арест Менделя Ховарда, имевшего дома целую мастерскую по изготовлению иностранных фальшивых банкнотов.
Последним его крупным делом перед отставкой был арест Артура Армстронга, вместе с сообщниками организовавший подготовку и осуществление ограбление в марте 1897 года Сандерлендского отделения Северо-Восточной банковской компании, в результате которого банк лишился 6 363 фунтов в золоте и драгоценностях. Обстоятельства этого ареста является показательным примером повседневной работы детективов. 5 июня полиции удалось выследить Армстронга и еще одного участника грабежа в таверне на Бейтман-стрит в Сохо, куда старший инспектор Джарвис и двое его коллег совершили налет, схватили грабителей и быстро затолкали в четырехколесный кэб. Однако прежде чем они успели уехать, кэб был окружен примерно сотней головорезов, попытавшихся освободить арестованных. Несмотря на подавляющее преимущество нападавших, полицейским удалось отстоять главного организатора грабежа, Армстронга, и доставить его в участок, хотя второго грабителя отбить не удержать не удалось. Все трое полицейских были сильно побиты и помяты, также был основательно избит пришедший им на помощь Фредерик Абберлин, к тому времени уже пять лет находившийся в отставке.
Джарвис скончался в 1899 году в Фолкстонуе от апоплексического удара.
Еще двух чиновников сэр Мелвилл Макнотен назвал "самыми умнейшими чиновниками, с которыми я когда-либо имел честь быть связанным": это были инспекторы Джон Танбридж и Генри Мур.

Портрета инспектора Танбриджа, равно как портрета Джарвиса, у меня до сих пор нет. Зато есть факсимиле визитки Танбриджа. Подобные визитные карточки оставляли все инспектора Дерпартамента уголовных расследований.
Джон Беннет Танбридж (1850-1928) родился в Кенте, вступил в Столичную полицию в 1867, затем на год покинул ее, вновь вернулся, в 1873 стал сержантом и в 1878 инспектором. В год знакомства Холмса и Уотсона его перевели в детективы, а начиная с 1887 года он стал служить в центральном управлении Департамента уголовных расследований, где в 1894 получил звание старшего инспектора и вышел через год в отставку с "образцовым" свидетельством и большой пенсией. На счету Танбриджа было раскрытие дело пекарни на Хем-Хилл в 1890 году (в компании с инспектором Фредериком Фоксом), в котором только на косвенных уликах и фактически на его собственном утверждении в убийстве старого сторожа был обвинен Стивен Горри, а также дела Нила Крима (в чем ему помогал инспектор Джарвис). В 1897 году приехавший на бриллиантовый юбилей королевы Виктории премьер-министр Новой Зеландии Ричард Седдон по совету комиссара Столичной полиции Бредфорда и бывших коллег Танбриджа из Департамента уголовных расследований (которые рекомендовали его не только как "знаменитого лондонского детектива", но также как чиновника, широко путешествовавшего в колониях по полицейским делам) сделал отставному инспектору предложение возглавить полицию Новой Зеландии. В качестве комиссара полиции он начал реформу новозеландских сил, но в январе 1903 года по слабости здоровья и из-за вмешательства политиков в его работу вышел в отставку и возвратился в Англию, где проживал в Кенте вплоть до самой смерти.

Генри Мур
Генри Мур (1848-1918) был родом из Нортгемптоншира, потомственным полицейским. До вступления в Столичную полицию в 1869 году он успел поработать клерком на Юго-Восточной и Лондонской, Чатамской и Дуврской железной дороге, а затем на шелковом складе. В 1872 году он стал сержантом, в 1878 году - инспектором в Пи-дивизионе (Пекем), а с 1881 возглавил отдел уголовного розыска того же дивизиона в качестве местного инспектора. В 1888 году его перевели в Центральное управление Департамента уголовных расследований, откуда он вместе с Абберлином был направлен в Уайтчепл расследовать преступления Джека Потрошителя на месте. На его счету было множество раскрытых дел (хотя ни одного громкого) и в 1895 его произвели в старшие инспекторы.
"Старший инспектор Мур был мужчиной огромного размера, столь же сильным умом, сколь он был мощен физически, - писал о нем Уолтер Дью. - Он имел большой опыт, и был во всех отношениях совершенно надежным и исполнительным чиновником." Генри Мур вышел в отставку в 1899 году и вступил в полицию Большой Восточной железной дороги в качестве суперинтенданта, где проработал в этом качестве до 1913 года.

Джон Литтлчайлд
Ну и напоследок упомяну еще пару инспекторов Центрального управления, которые играли во времена Холмса роль современных спецслужб, возглавляя Особый отдел (D). Речь идет о Джоне Литтлчайлде (1847-1923) и Уильяме Мелвилле (1852-1918). Литтлчайлд по происхождению был шотландцем, он вступил в Столичную полицию в год фенианского восстания, в 1867, и спустя четыре года переведен детектив-сержантом в Детективный отдел Скотланд-Ярда. В 1878 году он стал инспектором, а в 1882, после пяти месяцев работы в Дублине в связи с расследованием убийств в Феникс-парке, старшим инспектором. С 1883 года он фактически возглавил работу Особого Ирландского отдела (номинально им руководил Уилльямсон), боровшегося с ирландскими бомбистами, а в 1887 году стал главой нового Особого отдела (секция D), в каковой должности пребывал до 1893 года. В отставке он занялся частным сыском, среди громких дел, в которых он добился успеха для своих нанимателей, можно назвать дело Оскара Уайльда и дело "фальшивого герцога" Друса с Бейкер-стрит.

Уильям Мелвилл
Уильям Мелвилл сменил Литтлчайлда в качестве главы Особого отдела. Ирландец по происхождению, он начал свою рабочую жизнь как пекарь, присоединился к Столичной полиции в 1872 году, в 1879 произведен в детектив-сержанты Пи-дивизиона и в 1883 году стал одним из членов Особого Ирландского отдела при центральном управлении. В течении четырех лет отдел использовал его в качестве наблюдателя во французском порту Гавр. В начале 1887 года он был произведен в инспекторы и приставлен следить за генералом Милленом, организовывавшим из Франции заговор с целью убить королеву во время юбилейных торжеств в Лондоне. В действительности Миллен был двойным агентом, состоявшим на жаловании британского министерства иностранных дел, и реальной целью заговора была не смерть королевы, а представление "террористов" членам парламента от Ирландской парламентской партии и дальнейшее публичное "раскрытие" заговора, которое должно было привести к краху всей проводившейся этой партией и ее лидером Чарльзом Парнеллом кампании за самоуправление Ирландии (гомруль). Однако не знавший об этих замыслах Скотланд-Ярд подавил заговор в зародыше. В 1891 году из Особого Ирландского отдела Миллена перевели в Особый отдел (секцию Д) и спустя два года Мелвилл возглавил его, став старшим инспектором. Его люди следили за испанскими и французскими анархистами, русскими и немецкими социалистами, за британскими подданными, которые могли представлять угрозу империи, Мелвиллу также поручалось охранять важных персон, прибывавших с визитами в Англию. У него были налажены связи со всеми иностранными спецслужбами, в том числе и с заграничной агентурой Департамента полиции и лично с ее главой П. И. Рачковским. В 1900 году Миллен был произведен в суперинтенданты Департамента уголовных расследований, но в конце 1903 года неожиданно вышел в отставку и исчез из поля зрения публики. "Дейли Экспресс" в 1906 году даже предполагала, что он поступил на службу в русскую тайную полицию. Мелвилл действительно не вел тихую обеспеченную жизнь пенсионера, как об этом заявлял. Он превратился в Уильяма Моргана, общего агента, и начал новую для себя карьеру военного разведчика, став главным контроллером заграничных агентов Военного министерства, фигурируя в отчетаx под псевдонимом "М". В 1909 году он возглавил новосозданный "внутренний" отдел Бюро секретной службы, занимавшийся контрразведкой и охраной британских секретов, который позднее превратится в знаменитый MI5, и работал в нем вплоть до отставки в 1917 году.


© Светозар Чернов, 2009
Tags: victoriana
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments